Кейс #49. Что такое тревожный тип привязанности?

Специалистка Тритфилд, схема-терапевтка Виктория Сухарева рассказывает о том, как страх потерять отношения и быть отвергнутым заставляет нас жить в напряжении, подавляя свои потребности. Но опыт принятия и поддержки в терапии способен скомпенсировать тревожный тип привязанности и дать нам чуть больше уверенности и свободы.
14 октября 2021 г.

Тревожный тип привязанности чаще всего проявляется в отношениях, когда человек тревожится и боится потерять своего партнера. Люди могут строить отношения, но у них могут быть определенные проблемы в отношениях: Я боюсь потерять партнера, поэтому я могу делать многие вещи. Я боюсь, что он меня бросит, что он от меня отдалится, поэтому могу пытаться ему нравиться, я могу жертвовать своими потребностями, чтобы ему было хорошо. Я могу даже подчинять свои потребности, уступать во многих решениях, лишь бы ему было хорошо.

Как только партнер отдаляется, человек начинает тревожиться, потому что, возможно, что-то случилось, возможно, я что-то сделал не так. Такие люди пытаются узнать, как понравиться другому человеку, они пытаются контролировать эту связь, потому что в любой момент она может оборваться, а мне нужно быть рядом с моим объектом привязанности, я должен получать то тепло, которое я не получил. Это постоянная проверка, насколько он или она меня любит, насколько я хороший или нехороший. Это про то, что меня нельзя любить просто так, только за что-то, и я постоянно должен быть идеальным, чтобы я был достоин любви.

Терапия — это один из вариантов корректировать эту привязанность, потому что терапевт — один из объектов, с которым можно построить стабильную привязанность. И этот опыт нам невероятно важен, потому что этот опыт мы должны были получить в детстве, но мы его не получили. И в терапии как раз прорабатываются те моменты, когда нам говорили, что с тобой что-то не так, я тебя брошу, «с тобой что-то не так, я отдам тебя в детдом», как рассказывают мои клиенты очень часто. Или с тобой что-то не так, ты нам не нужен, ты нам не сын. В терапии такого нет, мы в терапии принимаем безусловно. Это очень хороший опыт, когда ты можешь строить контакт, когда ты можешь проговорить то, что ты чувствуешь, что ты думаешь. Сначала терапевт тебя принимает, а потом ты можешь забрать это внутрь и начать сам себя принимать, потому что это и про наши внутренние взаимоотношения: насколько то, что я чувствую, хорошо, насколько я сам себя принимаю безусловно? или это такая условная любовь и условное принятие себя?

Люди не могут поверить, что терапевт их может принимать безусловно. Мы в терапии говорим о том, что мы принимаем все чувства, все потребности клиента, но при этом в терапии есть и момент эмоциональной конфронтации. Терапевт не поддерживает вообще всё в клиенте, не говорит, что ты можешь проявляться как угодно во всем. Он с тобой рядом, он принимает все чувства, но при этом он может направить тебя, как добрый родитель, узнать какую-то твою мотивацию. Это про доброе наставничество, а не про какое-то «принятие за деньги». Деньги — про то, что ты вкладываешься в свое развитие и платишь за время терапевта, который тоже обучается, чтобы поддерживать свое психическое здоровье и поддерживать свой уровень знаний, необходимый для того, чтобы тебя скорректировать и тебя направить.


Советуем посмотреть: Оля Иванюк-Долженко. 5 вопросов о травмах привязанности


Выберите терапевта