Как защитить себя от «психологического отравления»? Дмитрий Петренко о токсичном поведении и личных границах

Токсичность, токсичное поведение — не научные термины, но в качестве метафоры они помогают нам разобраться с нашими реакциями и защитить себя от «психологического отравления». О токсичном поведении и защите от него рассказывает КПТ-терапевт Дмитрий Петренко.

Когда к психологу приходят с проблемой токсичности, в каждом конкретном случае нужно разбираться, о чем идет речь. Токсичный человек — достаточно субъективная формулировка, а не четкий термин. Используя такую фразу, мы часто смешиваем разные понятия, — и тот, кто вчера называл кого-то токсичным, завтра может быть назван таким же. В результате рождается круговорот обвинений, навешивания ярлыков и обесценивания. Поэтому мне ближе говорить не о токсичности человека, а о токсичном поведении, токсичных реакциях, идеях, отношениях и т.д. Ведь все мы были, являемся или будем токсичными в той или иной мере.

Например, недосыпающая мама в послеродовой депрессии, с болеющим ребенком и отсутствием помощи, вполне может быть очень токсичной в общении. И совершенно не осознавать этого. В таком примере фраза «токсичный человек» принимает немного иной контекст.


Вас может заинтересовать: Виталина Устенко. 5 вопросов об эмоциональном насилии


Откуда берется токсичное поведение

В зависимости от обстоятельств, причин токсичности может быть слишком много (расстройство личности, сложный жизненный опыт, депрессия, тревожность, болезни, гормональные сбои, переутомление и прочее). Это не значит, что мы должны снимать с человека ответственность за его поступки. Понимание или даже сочувствие не равно оправданию токсичности и отсутствию реакции на нее. Однако с таким пониманием репертуар наших действий в ответ на токсичность становится шире. Например, понимание мотивации отца и того, что у него сложное тревожное расстройство, помогло моей клиентке легче реагировать на его токсичное поведение (в виде гиперопеки, постоянных тревожных звонков с расспросами о здоровье, навязчивых рекомендаций разных лекарств при малейших симптомах болезни, ссылок на публикации о народном лечении в мессенджере и т.д.). А главное, это понимание помогло ей научиться выстраивать границы в общении с отцом, не разрывая отношений.

В большинстве случаев под токсичными людьми подразумевают «отравителей со стажем», отличительная особенность которых — постоянство токсичности. Если обычный человек может по-разному реагировать на одну и ту же ситуацию в зависимости от жизненных обстоятельств и настроения, то поведение токсичного человека всегда одинаково. Но и тут не всё так просто. Ведь у кого-то так называемая «тревожная токсичность» (как в примере с отцом) — и тогда это ближе к крылатому выражению «благими намерениями вымощена дорога в ад». А кто-то проявляет токсичное поведение вполне сознательно (умышленно манипулирует, делает больно, «отравляет» кому-то жизнь с целью получить власть, контроль, повысить свою самооценку, а иногда и для получения удовольствия — так поступают садисты, например).

Как психотерапия помогает тем, кто пострадал от токсичности других людей

Мне очень нравится метафорическое заимствование термина «токсичность» из токсикологии в плоскость человеческих отношений. Ведь каждый из нас хоть раз в жизни пережил отравление или интоксикацию, и поэтому такое сравнение действительно помогает разобраться в феномене токсичности.

Когда произошло пищевое отравление, мы знаем или интуитивно понимаем, что делать. Если же меры, которые были предприняты, не помогают или отравление слишком серьезно, мы обращаемся к помощи специалистов — звоним в скорую помощь или семейному врачу. Нужно признать, что в плоскости человек-человек возникает много трудностей в понимании того, что именно является ядом и как с ним бороться. Ведь токсичность в поведении не видна и «сдать анализы» нельзя. А потому именно психотерапия выступает в роли скорой помощи, чтобы «диагностировать» токсическое воздействие и помочь с выздоровлением.

1. Распознать токсичное поведение

Не все клиенты приходят в терапию с готовым запросом о токсичности. Многие из нас были в ситуации, когда при общении с конкретным человеком ты регулярно испытываешь внутреннее напряжение, вину, грусть или усталость, хотя ничего особенного не происходит, вы просто разговариваете. И лишь в ходе психотерапии мы начинаем понимать, что эти неприятные симптомы могут быть результатом регулярного «отравления» со стороны. Поэтому психотерапия может помочь осознать, что рядом с нами токсичный человек.

2. Прекратить или минимизировать общение с токсичными людьми

Дальше нам нужно прекратить поступление яда в организм. То есть ограничить контакт пострадавшего с тем, что для него токсично. В психотерапии мы учимся замечать, что или кто меня отравляет и как я могу наиболее безопасным способом покинуть деструктивного человека или токсичное место работы. Но что, если это невозможно в силу разных обстоятельств? Вернемся к аналогии с биологическим ядом. Люди многих профессий регулярно работают с токсическими веществами, поэтому вынуждены соблюдать определенные правила безопасности. И здесь мы говорим о средствах защиты (респиратор, очки и перчатки), о хорошей вентиляции помещений, о допустимой норме часов пребывания на токсичном производстве, а также о восстановлении сил и компенсации ущерба (многие помнят, что раньше выдавали молоко «за вредность» или путевки в лечебный санаторий). В психотерапии мы работаем по такому же принципу.

Инструменты могут отличаться в зависимости от направления психотерапевта и индивидуальных обстоятельств конкретного случая. Так или иначе, терапия помогает клиенту развивать чувствительность к первым признакам «отравления» (в том числе через осознание своих чувств, эмоций и потребностей, а также их роли в определенный момент).

3. Развивать навыки ассертивного поведения и ставить границы

К сожалению, многие клиенты, которые обращались ко мне, очень долго пребывали в токсичных отношениях или выросли в семье, где их унижали. И только на психотерапевтическом пути они приходили к пониманию того, что оскорбительное поведение по отношению к ним — не норма. Что можно жить иначе. Тогда мы развивали навыки ассертивного поведения: умение выстраивать свои границы, возможность отвергать то, что не нравится, говорить нет, пресекать токсичное поведение в свою сторону. Для «взращивания» и развития этих навыков используется широкое поле инструментов не только психотерапии, но и краткосрочного консультирования. Один из примеров, которые я раскрою чуть более подробно, — «Я сообщения/я высказывания». С одной стороны, простая и весьма известная форма коммуникации. С другой, понимание, структура и отношение к этому инструменту бывают очень разным. Иногда даже психологи забывают о том, что структура «Я-высказывания» включает в себя 3-4 основных составляющих (описание чувств, фактов, иногда объяснение причин и просьба) и одну дополнительную (намерения). При коммуникации с токсичными людьми на намерении мы делаем особый упор, так как они призваны отстаивать наши границы, принимая меры защиты или дистанцирования от «отравителя». Например: «Мне неприятно, когда ты повышаешь на меня голос, так я не чувствую себя в безопасности. Прошу снизить тон, иначе я прекращу разговор». Работа с намерениями возлагает на терапию еще одну задачу — взвешивание выборов за и против общения, ресурса и ущерба, оценка диапазона моих действий на токсичность. В сложных случаях важно понимание возможных рисков («...иначе я закричу, вызову полицию» может спасти вам жизнь).

Другой пример подобного метода коммуникации — это система SET-UP (Support, Empathy, Truth, Understanding, Perseverance, что в переводе означает Поддержка, Сочувствие, Правда, Понимание, Настойчивость), которая развивалась как структурированная основа для общения с людьми с пограничным расстройством личности в кризисном состоянии.

Эти и другие инструменты мы, конечно, отрабатываем на сессиях. Начиная с «диалога стульев», где разыгрываются роли и ситуации. Так клиент обретает навыки и силы, чтобы «гнуть свою линию» в токсическом разговоре. Продолжая поведенческими экспериментами на улице, где мы во время сессии учимся навыкам в общении с незнакомцами.

Нередко люди, зная наши уязвимые места, прицельно используют токсичное поведение. И тогда «волна токсичности» может быть настолько сильной, что полностью сбивает нас с ног. Поэтому еще одним полезным блоком работы является развитие навыков совладания с сильными чувствами (мне нравится, что в ДБТ-терапии, например, тренинг навыков эмоциональной регуляции — один из ключевых аспектов терапии и часто выступает в роли фундамента в терапевтическом процессе).

4. Найти психологические ресурсы и выстроить опоры

При отравлении важны и процедуры, направленные на выведение яда из организма, на детоксикацию. На определенном этапе психотерапии мы выстраиваем систему ресурсов для клиента: где и каким образом можно их черпать. Как восстанавливаться после токсического общения. И что для нас будет тем метафорическим «молоком за вредность». Например, мы учимся ставить временные рамки в общении с токсичными людьми. Делимся своими эмоциями, просим о помощи, общаемся с теми, кто для нас важен и приятен, занимаемся хобби, спортом и другими способами разгрузки.

5. Проработать деструктивные и токсичные представления о себе

Последним этапом в лечении отравления является специфическая (антидотная) терапия. Несмотря на то, что антидотная терапия идет завершающей и в медицине, и в психотерапии, в последней она начинается уже с первой сессии и включает в себя все вышесказанное. Каждый человек заслуживает уважения и только хорошего обращения. Мы учимся вырабатывать зрелые способы противодействия отравлению на ранних этапах, помня о своей значимости. И веря в то, что я важен/важна!

Токсическое поведение может проявляться в самых разных формах (начиная от прямой агрессии и насилия, заканчивая невидимыми манипуляциями и обесцениванием). Но одной из самых сложных и сильных форм является токсичность идей, популярный инструмент «профессионалов» в токсической коммуникации — психопатов, абьюзеров и газлайтеров. Поэтому по ходу всего терапевтического процесса мы работаем над деструктивными, токсичными идеями и представлениями (в гештальт-терапии это работа с интроектами, в КПТ — с дисфункциональными глубинными убеждениями, схемами). Поскольку токсические идеи включают в себя когнитивный компонент (фразы, мысли и убеждения), эмоциональное состояние, соответствующие телесно-двигательные паттерны, связаны с конкретными воспоминаниями и поведенческими стратегиями («стилем жизни», моделями отношений), то в психотерапии мы пытаемся достичь изменений на всех уровнях. Поэтому можем использовать когнитивные вмешательства («тестируем» мысли на правдивость и полезность), эмоциональные (те, которые дают новый эмоциональный опыт) и поведенческие (изменение поведенческих паттернов, моделей отношений, реагирования и т.д.). О многих из них мы говорили выше. Особую роль в работе с «внутренними токсинами» играют терапевтические отношения, где терапевт является поддержкой, ресурсом и противоядием (в схема-терапии на этот счет есть прекрасный термин и процесс — ограниченное замещающее родительство). Вся эта работа направлена на выработку у клиента личного противоядия, или антидота к токсинам.


Вас может заинтересовать: Наталья Ивахно. О работе с агрессией в психотерапии


Можно ли изменить токсичного человека

Многие из нас, как мне кажется, впадают в иллюзии, если верят, что могут повлиять на токсичных людей. И поп-психология нередко подпитывает эту иллюзию (на книжных полках часто можно заметить книги с названиями в стиле «как приручить нарцисса», «как обезвредить психопата», «как сосуществовать с абьюзером»). К сожалению, если речь идет о «профессионалах токсичности со стажем», вы можете исчерпать все методы и остаться там же, где начинали. И тогда единственный способ сберечь свое психическое и физическое здоровье (а иногда и жизнь) — полный разрыв отношений с таким человеком.

Другие публикации
Выберите терапевта